Евгений ПАНИН: «Аплодировал весь адвокатский Париж!»

Дата: 19 февраля 2020 г.

Конкурс ораторов на приз Марио Штази, организованный Парижской коллегией адвокатов, – самый престижный среди соревнований по красноречию. Тем более значимо, что впервые за всю историю конкурса за звание лучшего оратора с пятью другими финалистами сражался представитель адвокатской корпорации России, советник президента АП Воронежской области, заместитель председателя Союза молодых адвокатов России Евгений Панин. Примечательно, что он оказался единственным, для кого французский язык не является родным.

– Евгений, где Вы брали уроки французского?

– Немного занимался с репетитором. После того как научился разговаривать «на уровне вежливости», стал общаться с моими французскими коллегами и друзьями. Сегодня главный мой наставник по французскому языку – ассистент советника по правовым и судебным вопросам посольства Франции в России Кристина Владимировна Дрожжа. Она замечательный, но очень строгий наставник.

– Расскажите, как получилось, что французский язык стал играть значительную роль в профессиональной карьере, если это так, и каковы этапы этой карьеры?

– Всё началось с юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, когда меня после одной из конференций отправили в Женеву, где ранее располагался Международный центр Ломоносова.

Два года подряд я присутствовал на женевских мероприятиях, там познакомился с казначеем Совета молодых адвокатов Женевской коллегии адвокатов, а он в свою очередь представил меня вновь избранному на тот момент первому секретарю СМА. Период работы, связанный с Женевской коллегией адвокатов, весьма интересен, так как фактически это был этап становления. Я неоднократно присутствовал на различных мероприятиях, в том числе на праздновании 120-летия Женевской коллегии адвокатов, а также на балах председателя коллегии адвокатов (Бал дю Батонье).

Помню, как в 2015 г. Грегуар Манже, вступая в должность председателя Женевской коллегии адвокатов, с трибуны перед собравшимися 1250 адвокатами выражал в том числе благодарность советам молодых адвокатов Женевы, Парижа, Брюсселя, Люксембурга и… Воронежа. Это были и первое упоминание российского города, и первая благодарность, произнесенная в официальной приветственной речи председателя за 120 лет существования Женевской коллегии адвокатов. Ну и аплодисменты в тот момент звучали самые громкие. (Улыбается.)

Через год после этого мероприятия я «переехал» в адвокатский Париж.

Стоит сказать, что впервые я попал во французскую столицу в 2013 г. юнцом, которого никто не знал в этом прекрасном городе. И вот спустя шесть лет, говорю это без ложной скромности, когда я принял участие в конкурсе Штази, представляя молодую адвокатуру России, и произносил речь с трибуны Апелляционного суда Дворца правосудия Парижа на 76-м Конгрессе молодых адвокатов Франции, передавая в ней в том числе пожелания президента ФПА РФ Юрия Сергеевича Пилипенко, мне аплодировал весь адвокатский Париж! Отмечу, что и в конгрессе, и в конкурсе Штази представитель нашей корпорации участвовал впервые в истории как российской, так и французской адвокатуры.

– Насколько мне известно, Вы ведете дела, связанные с международным правом, и бываете за рубежом не только в качестве туриста. Расскажите об этой стороне Вашей практики.

– Да, это так. У нас есть офисы в Афинах, Женеве, Париже.

Из более значимого: мы с моими партнерами Романосом Скандамисом и Маритой Вакерли в ноябре 2014 г. взялись за очень интересное дело российской гражданки на о. Родос. Оно освещалось в журнале «Российский адвокат», поэтому скажу коротко: суд первой инстанции назначил нашей подзащитной наказание в виде одного года условно, а апелляционный суд отменил этот обвинительный приговор и вынес оправдательный. Таким образом, в моей практике оправдательные приговоры не только в РФ.

– Всех потряс Ваш успех на конкурсе на приз Марио Штази, организованном Парижской коллегией адвокатов. Не все знали до этого момента о таком интеллектуальном состязании. Введите в курс.

– Этот конкурс проводится ежегодно. Он учрежден Парижской коллегией адвокатов в память о бывшем (ныне покойном) председателе коллегии Марио Штази (1986–1987), блестящем судебном ораторе. Право выступить в финале получают лучшие из лучших ораторов после проведения отборочного этапа.

– Как Вы пришли к участию в этом конкурсе, как готовились? Далась ли победа легко, на творческом подъеме или подготовка требует труда и навыков?

– Когда я присутствовал в составе российской делегации на приеме у председателя Парижской коллегии адвокатов, проходившем во Дворце правосудия, в ходе встречи делегаций в зале заседаний Совета коллегии мадам Батонье Мари-Эмэ Пейрон пригласила меня принять участие в этом конкурсе. Я прошел отборочный этап и попал в шестерку лучших, кому предоставлялось право говорить в финале этого конкурса.

Далась ли победа легко? Спустя несколько месяцев полагаю, что можно открыть тайну.

В Париж для участия в данном конкурсе, а также Вечере солидарности я вылетел с очень высокой температурой. Приехав в парижскую квартиру, я пролежал в постели три дня, принимая массу таблеток и сиропов. Если честно, я хотел отказаться от участия в этих мероприятиях, так как болезнь совершенно выбила меня из колеи и наступила некая апатия. Но я понимал, что представляю на этом конкурсе не себя, не отдельную группу людей… Я представляю нашу адвокатскую корпорацию, и назад дороги нет! Поэтому, собрав силу и волю в кулак, после шести дней болезни и с температурой 37,5 я отправился выступать.

Отмечу, что у всех остальных конкурсантов, участвовавших в финале, была весомая моральная поддержка. За них приехали «поболеть» председатели коллегий (президенты), а также члены коллегий (численность делегаций составляла от 5 до 30 человек).

Меня же поддерживала лично только Татьяна Карасёва, член Совета Адвокатской палаты Пензенской области. Кроме того, я был единственным конкурсантом, для которого французский язык не является родным.

Но, повторюсь, за моей спиной была корпорация, и я был не вправе ее подвести. Забыв во время выступления про болезнь, бился не за себя, но за престиж российской адвокатуры на международной арене.

– В чем заключался конкурс? Нужно было рассказать о каком-то деле, произнести защитительную речь? 

– Тема конкурса звучала как «Защита защиты». Это очень актуальная тема не только во Франции, но и в других странах мира. Для правильного понимания, в России это звучит как «защита профессиональных прав адвоката».

– Можно ли назвать это состязание конкурсом ораторского мастерства, который предполагает оценку риторических приемов выступающего? Какие из них принесли Вам успех?

– Безусловно, этот конкурс является ораторским. Каким образом жюри оценивает то или иное выступление, для нас, конкурсантов, тайна. Отмечу лишь, что необходимо произнести речь как по форме, так и по содержанию именно по-французски. Французские адвокаты говорят иначе, чем, например, привыкли говорить в российских судах. Речь французских коллег даже в простом процессе всегда отличается четкостью, последовательностью, красотой и, безусловно, харизмой. Наблюдать выступления французских адвокатов в суде – сплошное удовольствие.

– Считаете ли себя везунчиком? Как относитесь к высказыванию «чем больше я тружусь, тем чаще мне везет»?

– Труд и везение, на мой взгляд, находятся в несколько разных плоскостях. Безусловно, трудиться важно и нужно, но в данном случае я бы хотел ответить словами Кристины Дрожжа, которые она сказала мне сразу же после объявления результатов конкурса в Париже: «Теперь я поняла, что побеждает не тот, кто пашет каждый день; побеждает тот, кто умеет побеждать!»

Алексей Королёв,
Юлия Румянцева-Томашевич



Сергей УЧИТЕЛЬ: «В юриспруденции – как в хирургии: ты должен либо регулярно практиковаться, либо заканчивать с профессией»

Дата: 29 сентября 2020 г.

Адвокат Сергей Учитель не нуждается в представлении. Более 20 лет он занимается урегулированием корпоративных конфликтов, защитой интересов кредиторов и должников в процедурах банкротства, а также проектами, связанными с экологией и недропользованием. Он сопровождал процедуры банкротства таких гигантов, как «Новокузнецкий алюминиевый завод» и «Тейское рудоуправление», участвовал в корпоративных спорах вокруг «Кузнецких ферросплавов», «МПО “Кузбасс”», «Кузбассуголь», «Холдинг Сибуглемет» и др. Является независимым экспертом по правовым вопросам «ОПОРЫ РОССИИ» и «Деловой России». При его участии разработаны стратегии комплексной правовой защиты в крупных спорах, разрешавшихся как в России, так и в зарубежных юрисдикциях. Сергей Учитель рекомендован рейтингами Сhambers Europe, Legal 500 EMEA, Forbes и Право.ru 300. «Коммерсантъ» признал его ведущим российским судебным юристом в области разрешения корпоративных споров и ведущим отраслевым российским юристом в металлургии и угледобыче. Новость о том, что Сергей Учитель покидает Коллегию адвокатов «Регионсервис», одну из крупнейших в России межрегиональных юридических компаний, сопредседателем которой он был на протяжении 20 лет, стала неожиданностью. Такой же неожиданностью оказалось его решение присоединиться к московскому офису Pen & Paper в качестве партнера и руководителя практики «Разрешение споров». В интервью Сергей Учитель рассказал «Российскому адвокату» о своих ожиданиях от этого сотрудничества, о важности человеческого общения между партнерами в бизнесе и о себе лично.

– Сергей Юрьевич, благодарю Вас за то, что согласились на интервью. В начале сентября стало известно о том, что Вы присоединились к команде Pen & Paper. Эта новость несколько неожиданная, ведь летом Вы сообщили, что собираетесь заняться частной практикой. С чем связано такое решение?

– На самом деле, отчасти это стало неожиданностью и для меня самого, поскольку, когда я принимал решение покинуть «Регионсервис», я, честно говоря, не планировал вести с кем-либо совместную практику. Но так получилось, что, можно сказать, мы – я и команда Pen & Paper – нашли друг друга. Плотно пообщавшись, мы поняли, что во многом похожи не только как юристы, но и как люди. Мы обнаружили, что у нас есть общие ценности и единое понимание принципов работы, вопросов построения бизнеса. Чем дольше мы общались, тем больше мне становилось понятно, что Pen & Paper – именно та, пожалуй, единственная команда, с которой я хотел бы совместно вести юридическую деятельность. Поэтому решение неожиданное, но не совсем спонтанное.

– Насколько я понимаю, присоединение к московскому офису Pen & Paper потребовало от Вас смены места жительства. Как Вас приняла столица и как Вы ощущаете себя в новой команде?

– Когда находишься с близкими по духу людьми (подчеркиваю: в первую очередь людьми, а не юристами), все остальные вопросы становятся вторичными. Так что чувствую я себя прекрасно. Когда у тебя есть человеческое общение, контакт, как сейчас модно говорить, химия, это, наверное, самое важное в работе, а в профессионализме команды Pen & Paper сомневаться не приходится.

Что же касается переезда, то и раньше у меня было достаточно много проектов и клиентов по всей России, в том числе в Москве, и это не стало для меня какой-то новинкой, чем-то неизведанным. Да, раньше больше времени я проводил в регионах, теперь больше времени буду проводить в столице.

– Своим собеседникам «Российский адвокат» традиционно задает вопрос о том, как они пришли в профессию. Как это было у Вас: была ли это мечта, может быть, случайность или семейная традиция?

– Это и не случайность, и не традиция. В семье у меня юристов никогда не было. Но начиная со старших классов я наметил для себя этот путь и готовился к поступлению на юридический факультет целенаправленно. Было большое желание найти себе применение именно в этой профессии, насколько тогда в силу своего возраста и мироощущения я мог ее воспринимать, насколько это было возможно в 1990-е годы.

– Ваша основная специализация – судебные споры в области корпоративного права, ценных бумаг и недействительность сделок. Вы получили известность благодаря не одному громкому процессу. Можете вспомнить самый сложный для Вас?

– На самом деле, все процессы, в которых я принимал участие за 20 лет работы, по-своему сложны и беспрецедентны. Поэтому я не могу выделить какое-то одно дело, которое было бы для меня знаковым и перевернуло бы мое мировоззрение как юриста. Уже сам факт моего погружения в какой-то вопрос подразумевает, что данный спор является уникальным в своей правовой составляющей.

Кроме того, я активно практикующий адвокат, т.е. не только был сопредседателем коллегии, но и регулярно как судебный юрист участвовал и сейчас участвую в заседаниях. И эта составляющая моей работы – одна из основных, потому что нельзя быть, образно говоря, оперирующим хирургом в теории: ты должен либо регулярно практиковаться, либо заканчивать с профессией. Не имея судебной практики, не понимая, что происходит «на острие», очень сложно быть хорошим специалистом в той сфере, которой я занимаюсь.

Во время карантина я часто ловил себя на мысли: поскольку суды закрыты, у меня нет необходимого количества именно судебной практики, и когда суды возобновили работу, мне, как спортсмену, пришлось какое-то время потратить на то, чтобы «войти в ритм», вспомнить и восстановить все те навыки, которые я использовал в «доковидный» период.

– Вы стояли у истоков первого в Кузбассе специализированного адвокатского образования – коллегии адвокатов «Регионсервис» и называете его своим детищем. Сегодня компания – признанный лидер в вопросах правовой защиты бизнеса. Расскажите, как всё началось и в чем, на Ваш взгляд, секрет успеха.

– Сама идея создания «Регионсервиса» возникла практически 20 лет назад – в ноябре будет юбилей. Тогда мы, еще выпускники Кемеровского госуниверситета, начинали заниматься отдельными проектами по сопровождению финансово-промышленных групп, которые в 1990-е активно «заходили» в Кемеровскую область.

Одним из таких первых проектов была работа на Кузнецком металлургическом комбинате. Осуществляя юридическое сопровождение его деятельности, мы представляли интересы собственника данного актива по другим предприятиям. Таким образом, у нас появилось желание создать что-то свое, обособленное, не в рамках одной организации, а в виде самостоятельной адвокатской структуры. Это желание совпало с интересами наших потенциальных клиентов, властей Кузбасса и тогда еще не адвокатской палаты, а Кемеровской областной коллегии адвокатов, председатель которой, М. Шапошников, поверил в нас и в нашу идею открытия первого в Кузбассе специализированного адвокатского бюро по сопровождению бизнеса. Одним словом, всё сложилось в один момент и предопределило наш стартовый успех.

Кузбасс всем известен как крупный промышленный регион, где большое количество металлургических, угольных и химических предприятий. В процессе нашей деятельности с конца 1990-х годов практически все знаковые корпоративные споры прошли через нашу компанию, и мы принимали в них активное участие, приобретая тот неоценимый опыт, которого не хватает молодым юристам, пытающимся сегодня заниматься тем же самым.

Получив этот опыт, мы заслужили доверие клиентов и приобрели репутацию профессионалов высочайшего уровня, которые могут решать любые задачи и с которыми можно вести проекты любого масштаба – не только регионального, но и федерального.

Безусловно, существует региональная специфика и в правоприменении, и в построении бизнеса, и не всегда даже крупные московские игроки способны ее учесть. Мы смогли это сделать, что как раз и стало одним из главных наших конкурентных преимуществ.

– 2020 год – юбилейный для многих успешных юридических фирм и адвокатских образований. Это в первую очередь говорит о том, что начало «нулевых» было благодатным временем для построения бизнеса на рынке юридических услуг. Как Вы считаете, сегодня начинать бизнес в этой сфере проще или сложнее? Изменились ли «правила игры»?

– Если мы говорим о карьерном дебюте молодых людей, то, безусловно, сегодня им гораздо сложнее добиться тех высот, которых достигли мои коллеги, стартовавшие в начале 2000-х годов.

20 лет назад правовая система только формировалась, появилась новая судебная власть, поменялась структура судов. Одним словом, нами правил ветер перемен. Многое было впервые не только для нас, но и для коллег, умудренных опытом. Мы были на одной стартовой площадке, и возможности у нас были одинаковые.

Сегодня наши бизнес и правовая система достаточно зрелые, и стартовые позиции для молодых юристов менее привлекательные, чем были тогда. Поэтому, если говорить об успешном юридическом стартапе сегодня, то, на мой взгляд, это маловероятно. Только если этот стартап будет организован посредством выделения из какой-то крупной фирмы команды юристов, которые создадут «юридический бутик».

Но это касается и других видов бизнеса. Любой предприниматель скажет, что тогда было время возможностей, а сегодня у молодых специалистов, желающих начать свое дело, не такие широкие перспективы.

– Как Вы считаете, может ли несколько уравнять эти «стартовые позиции» пандемия COVID-19, которая дала мощный толчок к цифровизации правосудия, заставила адвокатов и юристов по-новому выстраивать отношения с доверителями, а адвокатские образования и юридические фирмы – искать другие подходы к продвижению бизнеса?

– Как раз наоборот. В условиях пандемии, когда бизнес старается минимизировать свои расходы, в том числе на внешних консультантов, преимущество получат в первую очередь те фирмы и адвокаты, у которых уже есть сложившаяся репутация и которые могут не только предложить добавленную ценность своей юридической услуги, но и одновременно сохранить высокий клиентский сервис даже в дистанционном режиме. Сегодня как никогда клиенты не готовы экспериментировать и при выборе юриста или адвоката отдают предпочтение уже проверенным и зарекомендовавшим себя специалистам.

– Что касается лично Вас, то в свете нынешних изменений ощущаете ли Вы себя на пороге совершенно нового этапа в жизни? Если да, то какие ожидания с ним связываете?

– Когда ты 20 лет отработал в одной компании, взрастил ее, уход из нее – это в любом случае, конечно, новый этап. А значит, новые горизонты, прежде всего профессиональные (как для практикующего юриста, так и для партнера в бизнесе), новые цели, новые задачи, вероятно, более высокие. Не поставив для себя новых планок, не имеет смысла дальше заниматься юриспруденцией. Должен быть мотив. За 20 лет мне удалось и многого достигнуть, и многое повидать, поэтому для дальнейшего движения должен быть серьезный раздражитель.

– Готовясь к интервью, я изучала Ваши аккаунты в соцсетях, и у меня возникло ощущение, что Вы закрытый человек, который не афиширует подробности личной жизни. Расскажите читателям, кто Вы за пределами офиса и зала суда.

– Мое главное правило – разделять работу и семью. Должен быть некий «водораздел»: если дома будет обсуждаться работа и наоборот, ни к чему хорошему это не приведет. Это и позволяет мне, с одной стороны, успешно заниматься профессиональной деятельностью, а с другой – быть обычным человеком, у которого есть свои желания, хобби и увлечения.

Я люблю спорт. Еще до поступления в вуз я 10 лет профессионально занимался хоккеем. Регулярно уделяю время фитнесу и сейчас, это уже вошло в привычку. Пока из-за карантина были закрыты тренажерные залы, я чувствовал, что мне их не хватает.

Новое (а точнее, хорошо забытое старое) мое увлечение – это собаки. Когда я учился в школе, у меня был домашний питомец, а сейчас мы с собакой регулярно участвуем в выставках, даже готовились поехать на чемпионат мира в Мадрид в апреле. В прошлом году мы выиграли чемпионат России, т.е. у нас один из лучших представителей своей породы (бишон фризе. – Прим. ред.). Мне нравится сам процесс участия в выставках, подготовки к ним, здесь также присутствует соревновательный дух. Конечно, не я лично участвую и готовлю – для этого есть профессиональные люди, но для меня это некоторая отдушина, которая позволяет абстрагироваться от рабочих будней.

– Давайте перейдем к блицу. Вы «сова» или «жаворонок»?

– И то, и другое.

– Что предпочитаете: чай или кофе?

– Кофе.

– Костюм: деловой или спортивный?

– Деловой.

– Пять качеств успешного юриста…

– Профессионализм, честность перед собой и доверителем, умение признавать ошибки, самосовершенствоваться, никогда не останавливаться на достигнутом.

– Если не адвокатура, то…

– …собаки.

– Если представить, что судебный процесс – это хоккейный матч, какую роль Вы отведете в нем себе?

– Забивной центральный нападающий с хорошим видением площадки и поставленным броском, но ставящий интересы партнеров и команды выше личных статистических показателей и не чурающийся черновой работы в защите собственных ворот.

Беседовала Юлия РУМЯНЦЕВА-ТОМАШЕВИЧ