Андрей Корельский: «Будьте собой и с душой делайте то, что является вашей профессией»

Дата: 19 ноября 2019 г.

«Для меня счастье – быть гармоничным и внутри, и снаружи, создавать что-то полезное и быть востребованным, вовлеченным в жизнь других людей, пытаясь сделать эту жизнь немножечко лучше». Управляющий партнер адвокатского бюро КИАП поделился размышлениями о ценностях профессии и смысле жизни, отношении к деньгам и уважении к людям.

СПРАВКА
Андрей КОРЕЛЬСКИЙ – адвокат, управляющий партнер и основатель АБ КИАП. Возглавляет практику судебных споров. Рекомендован ведущими международными рейтингами Chambers Europe, Chambers Global, Legal 500 EMEA и BestLawyers, а также российским Право.Ru-300 и рейтингом «Коммерсантъ». Имеет 18-летний опыт сопровождения крупнейших судебных споров. Основная специализация – разрешение споров, банкротство, международный коммерческий арбитраж. Ассоциированный член (Associate Member) Королевского института арбитров Великобритании (CIArb). В 2018 г. был избран заместителем председателя правления Российской арбитражной ассоциации (РАА), а также включен в единый рекомендованный список арбитров и в состав коллегии по корпоративным спорам Арбитражного центра при РСПП. Основатель благотворительного проекта Legal Run и шахматного турнира Legal Chess. Спикер крупнейших международных и российских конференций.

– Андрей Васильевич, слияние КИАП, DS Law и фирмы Balashova Legal Consultants – это беспрецедентное событие. Как Вы лично оцениваете его для российского рынка юридических услуг?

– Объединение трех компаний позволит создать одну из крупнейших национальных юридических фирм на российском рынке как по численности сотрудников, так и по уровню и качеству оказываемых юридических услуг. Объединенная компания помимо уже сложившихся практик предложит своим клиентам ряд новых возможностей в сфере M&A и венчурных сделок, в области налогового права и интеллектуальной собственности, трудового и миграционного права, а также в вопросах, связанных с выходом иностранных фирм на российский рынок. Нет никаких сомнений, что это объединение станет новым важным этапом для нашей команды и изменит российскую отрасль юридических услуг. Вместе мы сможем осуществлять еще более масштабные и комплексные проекты в различных областях экономики, конкурировать с крупнейшими национальными и иностранными юрфирмами в России. Мы приложим максимум усилий, чтобы новая команда вобрала всё самое лучшее от каждого из участников объединения.

– Какая работа предшествовала этому событию и каким Вы видите KIAP Digital & Smart в будущем?

– В апреле следующего года адвокатскому бюро КИАП исполнится 10 лет. За это время мы прошли все этапы становления классической юридической компании: выстраивали доверительные отношения с клиентами, развивали бренд, создавали надежную и дружную команду. И вот настал момент двигаться дальше. Мы гордимся тем, что к своему первому большому юбилею мы подошли с таким результатом. Уверен, что объединение наших общих ресурсов и возможностей даст мощный толчок для становления еще более сильной профессиональной команды юристов, а локальному юридическому рынку задаст новый тренд – на консолидацию и сплочение.

– Интеграция трех компаний под одним брендом во главе с Вами – это, безусловно, и Ваш личный успех, но за ним стоит долгий путь. Вы окончили юридический институт Северного федерального университета. Почему именно право? Это был осознанный выбор или стечение обстоятельств? Когда возникло ощущение, что пора попробовать что-то свое?

– После окончания школы я провалил экзамены на экономический факультет, и после этого хорошие знакомые подсказали, что существует неплохой кооперативный колледж, где есть места и можно получить среднее специальное образование до поступления в университет на следующий год. Я пришел в приемную комиссию, на выбор были специальности менеджмент, бухгалтерский учет, аудит и юриспруденция. Я подумал: менеджмент – распространенный термин, просто модное слово. Бухгалтерия и аудит – как-то «по-женски». И, можно сказать, наугад решил выбрать юриспруденцию. Первые два месяца не сильно понимал, что происходит, потом проникся и полюбил. Получается, что любовь к праву была не с первого взгляда.

Осознанно практиковать я начал с инхаус-позиции. Обучаясь на последних курсах вуза, я проработал более трех лет в правовом департаменте огромного государственного алкогольного холдинга. Порядка 50% всего, что производилось в этой отрасли в стране, было под управлением Росспиртпрома. Моя практическая юриспруденция и заключалась в моем правовом департаменте, а сферу внешнего консалтинга я еще не чувствовал и не понимал. Однажды руководство решило нанять для решения сложного правового вопроса консультантов. В управлении судебных процедур, которое я тогда возглавлял, как-то с ревностью к этому отнеслись. Я помню, как всячески блокировал привлечение этих консультантов. Обосновывал перед руководством, что мы сами сможем сделать не хуже и бесплатно и не надо никого нанимать. Заблокировал, конечно, я приобретение услуг консультантов. Сейчас вспоминаю эту историю с юмором.

Хотелось чего-то нового, потому что был молод, активен, стремился реализовать свои профессиональные амбиции несколько шире. Я вышел на открытый рынок трудоустройства. За неделю прошел собеседование в нескольких разноплановых по профилю компаниях. Помню, это были «Росбилдинг», «Уралсиб» и VEGAS LEX. Первыми сделали предложение коллеги из VEGAS LEX. Я принял решение, почему бы и нет. Так я попал в консалтинг, где провел прекрасные пять лет жизни, получив огромный опыт и профессиональный рост, однако партнером так и не стал и решил создавать с моими товарищами свою компанию.

Создание собственного бизнеса – стресс для человека любой профессии, не только для юриста. Конечно, поначалу было тяжело, страшно и рискованно, но в конечном итоге этот шаг для меня оказался правильным: я нисколько не жалею. Вероятно, если бы на предыдущем месте мы договорились с бывшими партнерами о моем будущем в компании, может быть, я бы и остался. Но в таком случае у меня, возможно, никогда бы уже не было шанса начать собственный бизнес именно так, как мы считали правильным. А такой шанс дорогого стоит.

– В следующем году КИАП отметит десятилетний юбилей. За это время адвокатское бюро стало одним из лидеров отрасли. В чем, по Вашему мнению, заключается секрет успеха КИАП? Поделитесь несколькими ключевыми KiapLifeHacks.

– Задача любого юриста, как и любого человека, – совершить как можно меньше ошибок в жизни. Соблазнов очень много и очень много неопределенности на жизненном пути, когда ты не знаешь правильного решения. И чем меньше таких ошибок совершено, тем меньше скелетов в твоем шкафу. Ведь для многих практикующих юристов, которые работают на регулируемых рынках в европейских странах, не так страшно попасть под санкции клиента (например, получить иск за непрофессионализм или юридическую ошибку) или даже под уголовное преследование, если было совершено какое-то преступление, как потерять доступ к профессии в виде дисквалификации за нарушение этических стандартов корпорации – в этом случае человек никогда уже не будет практиковать в своей стране. Мне нравится такой этический стандарт в профессии. Я мечтаю, что когда-нибудь такое понимание этики будет и на нашем юридическом рынке. Поэтому секрет успеха нашей команды очень прост: собирать сильных профессионалов с человеческим лицом, быть открытыми как внутри команды, так и рынку, беречь личную и коллективную репутацию, соблюдать этические нормы и строго следовать нашим общекорпоративным ценностям.

– О микроклимате в КИАП, пожалуй, ходят легенды. Вы всем коллективом ловите рыбу на Дальнем Востоке, едите тортики по случаю Хэллоуина и при этом покоряете вершины рейтингов юридических компаний. Как Вам удается «держать баланс»? Сформулируйте Ваши принципы тимбилдинга.

– Сама жизнь наводит порядок на моем пути и всё расставляет на свои места. Поэтому если я утром встал, жив-здоров, у меня есть глаза и уши, руки и ноги, я могу сходить в тренажерный зал, отвезти сына в школу, рано утром прийти на работу – это всё и есть для меня мотивация жить и развиваться с моей замечательной командой. Не просто провести это время, которое лимитировано для любого, а научиться тратить его максимально интересно, полезно и эффективно вместе. При этом нужно быть готовым, что завтра может просто не наступить. Нынешний день действительно может быть последним у каждого из нас. И если ты чего-то не сделал или не успел, то завтра такого шанса может уже и не быть. Главное – чтобы после ухода не было стыдно ни перед кем: ни перед семьей, ни перед друзьями, ни перед коллегами и обществом. Ведь жизнь – это марафон. Ты пробегаешь определенный километраж, потом берешь стаканчик воды или какого-то энергетика, зарядился, отдышался и бежишь дальше за следующим километром. В этой суете, в этой гонке желательно не упускать самого себя и важные жизненные моменты, ведь наша жизнь – это то, что осталось в нашей памяти. 

Для меня стакан всегда наполовину полон. Если в нашей профессии не заряжаться оптимизмом от команды и пребывать в постоянном унынии, то будет очень сложно выбираться из сложных и стрессовых ситуаций. Мне один знакомый говорил, что в нашей профессии либо смеяться над происходящим, с юмором подходить к проблемам, либо употреблять алкоголь от безысходности. Для меня первый вариант более приемлем. 

Деньги – эквивалент твоего профессионализма и вложенного труда. Всегда ориентирую молодых специалистов, что не надо гнаться в первые годы своей практики за большим рублем. Мы приходим в профессию сначала получать опыт, а уже за приобретенным профессионализмом и опытом приходят и деньги. Они помогают реализовывать задачи и цели, которые ты ставишь перед собой, командой, семьей и обществом.

Для меня счастье – быть здесь и сейчас в своей профессии, со своей семьей и со своими друзьями. Быть гармоничным и внутри, и снаружи, создавать что-то полезное и быть востребованным. Быть вовлеченным в жизнь других людей, пытаясь сделать эту жизнь немножечко лучше, – для меня большая честь. И от этого я чувствую и удовольствие, и гармонию, и смысл своей жизни.

Чем счастливее твое окружение, тем счастливее будешь ты сам. Если ты счастлив, живешь в достатке, у тебя всё хорошо со здоровьем, семьей, профессией, а кругом разруха и несчастья, то вряд ли ты будешь счастлив в такой атмосфере, поэтому для меня счастье – это больше коллективный собирательный образ, нежели личностный.

– Сейчас модно говорить о развитии собственного бренда. Исходя из Вашего опыта, расскажите, что нужно юристу, адвокату для успешной карьеры.

– Когда меня спрашивают о развитии личного бренда, меня всегда это немного смущает. А какого именно бренда? Мы настолько уникальны, каждый в чем-то своем, что развить бренд под копирку практически невозможно. Это то же самое, что пытаться жить чужой жизнью. У каждого свой путь к успеху, нет никаких готовых шаблонов. Что может быть хорошо для одного, для другого окажется абсолютно вредно. Совет очень прост: будьте сами собой, живите своей жизнью, любите свою работу и с душой делайте то, что является вашей профессией. Цените команду, уважайте коллег по цеху и не обижайте людей.

– Мы много говорим о Вас как о профессионале, а какой Андрей Корельский дома? Расскажите о Вашей семье.

– Всё как у всех: любимая жена, двое прекрасных сыновей и замечательная собака. Дома я такой же активный, как и на работе. Это не всегда находит понимание у близких, но ко мне уже привыкли и прощают мне мои недостатки, которые я стараюсь перекрывать какими-то достоинствами. В публичной плоскости друзья в Фейсбуке больше всего видят моего старшего сына Егора, восьмилетнего шахматиста, так как мы с ним довольно много участвуем в разных соревнованиях – от локальных московских турниров до чемпионатов мира в разных странах. А так для меня семья – это, как говорят англоязычные коллеги, privacy – то личное пространство, которое открываю только самым близким друзьям и родственникам.

– Говоря о Вас, нельзя обойти вниманием благотворительный марафон Legal Run. Как родилась идея его проведения и чем удивит нас Legal Run 2020?

– Идея возникла спонтанно в 2014 г., когда между майскими праздниками мы размышляли о том, как отметить наш профессиональный праздник – День российской адвокатуры. Современные юристы – люди активные, им не чужды спортивные достижения и идеалы социальной пользы для общества. Так родилась идея Moscow Legal Run, который вот уже 6 лет каждый год в конце мая объединяет юристов из разных городов и стран планеты. В 2020 г. городов будет еще больше, а московский забег вернется на ВДНХ, где он проходил уже дважды. Это наш любимый парк в Москве.

– В 2018 г. Вы провели шахматный турнир Legal Chess. Цели этого проекта схожи с целями Legal Run?

– Да, цели такие же, только на Legal Chess мы тренируем не тело и ноги, а мозги. Шахматы абсолютно наш юридический вид спорта, ведь мы все, как и шахматисты, – работники интеллектуального труда.

– Считаете ли Вы, что добились в карьере всего? И есть ли потолок, до которого Андрей Корельский планирует дотянуться?

– Я не загадываю далеко вперед и не смотрю назад. Я про здесь и сейчас, а будет там потолок или погреб под полом, покажет только время. Как говорится, делай, что должно, и будь, что будет!

Фото предоставлены АБ КИАП



Хозяйка снежной горы

Дата: 15 декабря 2021 г.

Зачем выбирать между лыжами и правом, подумала Наталья Кислякова, и сделала спортивный арбитраж своей профессиональной специализацией

О том, что лучше гор могут быть только горы, в прошлом горнолыжник, а теперь специалист по международному арбитражу Наталья Кислякова убедилась на личном опыте. Однако, выбирая между спортом и правом, она отдала предпочтение последнему. И не прогадала: даже завершив спортивную карьеру, в 2014 г. Наталья приняла участие в сочинской Олимпиаде, а теперь мечтает посетить олимпийскую Италию в 2026 г.

Конечно, принимать участие в главном спортивном первенстве планеты Наталья хотела бы не в качестве горнолыжника, а либо как арбитр ad hoc подразделения Спортивного арбитражного суда в Лозанне (CAS), либо как представитель спортсменов на условиях pro bono.

Наталья Кислякова преподает спортивный арбитраж в ряде ведущих российских вузов (МГИМО и СПбГУ), выступая там с гостевыми лекциями, а также является научным руководителем программы по подготовке кадров для работы в международных спортивных организациях. Кроме того, Наталья – соавтор ряда образовательных программ, в том числе программы по правам и обязанностям спортсменов при Совете Европы, периодически выступает на международных конференциях по спортивному праву, а также входит в совет Международной ассоциации спортивных юристов (ISLA).

Наталья говорит, что любовь к спортивному праву связана с ее горнолыжным прошлым:

– Я выросла в Крылатском [район Москвы. – Прим. ред.]. Это достаточно спортивное место в плане инфраструктуры. На горных лыжах катались мои родители. Моя мама ездила в Домбай, на Эльбрус. И до школы я каталась вместе с ней. Многие заблуждаются, думая, что если ты много лет катаешься, то значит, делаешь это хорошо. Это совсем не так. По-настоящему меня «поставила на лыжи» не мама, а горнолыжная школа, в частности мой тренер Елена Павловна Демьянова.

Это было в шестом классе – достаточно поздно для профессионального спорта, поэтому рассчитывать на олимпийские высоты мне не приходилось. Но я выполнила первый взрослый разряд и на склоне смотрюсь, наверное, неплохо. Все-таки разница между 1-м взрослым, КМС и МС заметна, только когда есть «древки», а в свободном катании просто видно, что человек тренировался профессионально. Правильное катание на лыжах происходит не по скользящей поверхности, а на кантах, поэтому если вы посмотрите на горнолыжников на стартах на чемпионате мира и сравните их с любителями в Яхроме или в Альпах, то увидите огромную разницу.

Сегодня отношение к лыжам у Натальи несколько изменилось. Она признается, что скучает по соревновательному адреналину, а в любительском катании ей скучно. Спортивная черта – преодоление себя – для Натальи очень важна. Она считает, что нужно ежедневно стараться быть лучше, чем вчера, и не сдаваться, даже когда тебя окутывает ощущение тотального поражения.

– Можете ли Вы сказать, что спорт оказал влияние на Ваш стиль работы? Стал ли он для Вас некой «школой жизни», закалил ли Ваш характер?

– Наверное, и спортсмены, и литигаторы не выносят проигрышей, тяжело мирятся с поражениями.

– Что Вы испытывали, поднимаясь на склон перед заездом? Схожее ли это чувство с тем, что возникает во время судебного процесса?

 – Определенно, что-то общее в ощущениях есть. В соревнованиях и в судах для победы важны внутренний настрой и уровень подготовки соперников.

Но, на мой взгляд, в горнолыжном спорте больше борьбы с собой. И еще важный фактор – это погода (когда туман, лед и разбитая трасса, выступать сложнее). В судах, слава Богу, о таком думать не приходится: как правило, пол одинаково ровный, а воздух теплый. (Смеется.)

Если серьезно о важных различиях: в горнолыжном спорте судьи максимально обезличены и нейтральны – всё замеряется электронной «омегой» и фотофинишем, чего нельзя сказать о разрешении споров судебных – там иногда важен подход к конкретному арбитру или судье.

Право пришло в жизнь Натальи тоже через своеобразное преодоление себя. Она выбрала МГИМО, потому что поступить туда было нереально (по крайней мере, так считалось в ее кругах). Наталья рассказывает, что всегда хотела заниматься чем-то международным, связанным с «языком» и иностранным элементом, поэтому скорее действовала из парадигмы международного и пришла к праву, чем из права выбрала международное.

– В Вашей жизни был период, когда Вы жили и работали в Германии. Расскажите, как стали стипендиатом канцлера.

– В 2012 г. я была на стажировке в берлинском офисе своего работодателя – Beiten Burkhardt, там узнала об интересной программе повышения квалификации фонда A. von Humboldt, подала заявку на стажировку в Немецкой арбитражной институции (в подразделение Немецкого спортивного арбитража) и внезапно эту стипендию выиграла, мой проект был посвящен разрешению спортивных споров. Теперь я в свободное от работы время преподаю спортивный арбитраж.

– Как Вам работается со студентами – труднее, чем с доверителями?

– Со студентами можно быть более открытой и с юмором. Безусловно, им это нравится. Мне всегда импонировали умные и ленивые студенты: я искренне стараюсь их заинтересовать, чтобы они за счет вдохновения проявили себя. Но у студентов, конечно, гораздо меньше профессионального опыта, взаимодействие с ними – это все-таки отдых и возможность поделиться.

А вот в профессии нужно уметь вызвать ощущение надежности, поскольку, как правило, на кону судьба человека, его деньги, отношения с партнерами.

– Свои студенческие годы Вы вспоминаете с особой теплотой. Известно, что Вы были гитаристом в панк-рок-группе. Что это за история такая?

– Это был очень короткий эпизод. Мы готовились к фестивалю рок-музыки МГИМО «Атмосфера», репетировали на специальной базе, играли французскоязычный грайндкор, но так и не выступили. У нас были и басист, и гитарист, и вокалистка, и барабанщик – все из МГИМО, с некоторыми до сих пор общаемся.

Кстати, я по-прежнему удивляюсь, что людей встречают по одежке. В 2006–2007 гг. я, учась на начальных курсах, старалась выглядеть, как условная Аврил Лавин времен конца 1990-х, и это, как оказалось, существенно влияло на мою успеваемость. Учеба давалась очень легко, но преподаватели всё время ставили «хорошо», а не «отлично». Стоило только сменить имидж и начать выглядеть чуть приличнее, как из хорошистки я сразу превратилась в отличницу. Вопиющая несправедливость.

– Сегодня как педагог Вы учитываете этот фактор со своими студентами?

– Я никогда не сужу по одежке и внешности. Но мне кажется, что этот стереотип весьма актуален в нашей профессиональной среде. Свобода от него мне представляется как определенный уровень эмпатии, который далеко не у всех развит. Если бы мы все могли чувствовать друг друга, жить было бы гораздо легче. К сожалению, это невозможно, а значит, приходится соответствовать определенным нормам и правилам поведения. Это понимание пришло с опытом, и я не хожу в офис и на деловые встречи так, как могла себе позволить ходить на лекции по теории государства и права.

– Было бы глупо спрашивать Вас, почему темой своей диссертации Вы выбрали спортивный арбитраж. Спрошу только, как обстоят дела с научным трудом и можно ли Вас поздравить с защитой?

– Активно пишу уже 8 лет, осталось, видимо, еще столько же. (Смеется.) Шутка, но еще есть над чем поработать.

– Не так давно было заявлено о создании в России собственного спортивного арбитража. Как Вы относитесь к этой инициативе?

– Российский Национальный центр спортивного арбитража (НЦСА) получил статус постоянно действующего арбитражного учреждения в апреле 2019 г., до реформы 2016 г. долгое время действовали Спортивный арбитраж при Спортивной арбитражной палате (САП), спортивные споры также разрешал Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате РФ. То есть НЦСА – фактически правопреемник Спортивного арбитража при САП. Инициатива, безусловно, положительная, с интересом следим за тенденциями в отношении трудовых споров, которые теперь стали арбитрабельными.

Наталья рассказывает, что ее спортивный опыт нашел применение в профессиональной деятельности. И все-таки мы задали ей вопрос, который так и висел в воздухе:

– Вы никогда не жалели, что не стали олимпийцем?

– Скажу, что нет. Наверное, не жалею. Потому что поздно пришла в спорт, потому что российская горнолыжная школа – не самая сильная в мире и многие профессиональные отечественные горнолыжники тренируются в Канаде и Италии. Тем не менее мне очень приятно видеть на стартах своих знакомых. Так было, например, на Олимпиаде в Сочи с многократным чемпионом России в слаломе и гигантском слаломе, призером этапа Кубка мира Павлом Трихичевым, чей отец и одновременно тренер когда-то учил нас, как правильно входить в повороты.

«Жаркие зимние» Наталья вспоминает с особой теплотой. Идея принять в них участие в качестве помощника организаторов возникла еще в Германии, когда Наталья занималась своим проектом по развитию спортивного арбитража в России. В Сочи она была оформлена волонтером-переводчиком на склоне, но благодаря договоренностям с коллегами удалось посетить и ad hoc палату Лозаннского арбитража. Это был прекрасный опыт. Олимпиада, по признанию Натальи, – удивительное событие: «Мы все ощущали причастность к большому общему делу. Кругом царили гостеприимство и дружелюбие. Я настолько заразилась этими чудесными эмоциями, что и сейчас мечтаю испытать их еще раз. Очень хочется поехать на Олимпийские игры не в качестве зрителя, а как волонтер, представитель интересов спортсменов или в составе арбитров ad hoc подразделения Спортивного арбитражного суда в Лозанне.

Но были в жизни Натальи и другие, не менее интересные старты. Она является единственным русским членом клуба Skilex, который проводит любительские соревнования среди альпийских юристов-горнолыжников.

 – Организация была создана очень давно – примерно сразу после Второй мировой войны, – рассказывает Наталья. – Изначально это было содружество альпийских юристов, которые проводили соревнования между собой, но при этом обсуждали новые нормы законодательства в ходе унификации права в Евросоюзе. В рамках Skilex проходили научные конференции и одновременно спортивные старты. С тех пор эти мероприятия проводятся с европейской педантичностью – стабильно из года в год в одно и то же время.

Сейчас к клубу присоединилось немало стран, приезжают иногда даже коллеги из США и Канады. Так что мероприятия получили статус международных. Тем не менее соревнования, как правило, проводятся на Европейском континенте.

Среди спикеров бывают весьма уважаемые люди. Рассматривается много актуальных вопросов в области «горнолыжного альпийского права». Наряду с представителями более известных и крупных юрфирм основной костяк составляют немецкоязычные юристы-горнолыжники из совсем небольших адвокатских бюро, в большинстве своем старшего поколения, которые всю жизнь прожили в маленьких европейских городках в горах. От них можно получить не столько профессиональный, сколько интересный и необычный жизненный и культурно-антропологический опыт. И вообще, это прекрасная возможность обменяться опытом, пообщаться на немецком языке, поучаствовать в конференциях с арбитрами CAS, да еще и посоревноваться.

– Призовые места на Skilex у Вас были?

– Были, но, на самом деле, уровень участников соревнований действительно высокий. Многие из них профессионально занимались горнолыжным спортом. Например, итальянская команда очень сильная. Так что конкуренция высока. Да и призы всегда очень приятные: хорошее оборудование, аксессуары, косметические средства для защиты от солнца, которое, как известно, в горах активнее, чем на море.

Кстати, раньше и в нашей стране проводились подобные соревнования. Был Кубок дипломата, в котором участвовали все посольства и МИД России. Соревнования проходили на Воробьевых горах.

Если я не ошибаюсь, среди юристов однажды тоже проводилось нечто похожее. Но сейчас, конечно, ниша не занята, а было бы здорово, если бы удалось организовать Legal Ski и у нас в стране.

– Есть у Вас личный рейтинг горнолыжных трасс?

– Нужно понять, что именно вы хотите получить от катания, что для вас является определяющим. Очень важный фактор – возможность без поездок на автобусе добраться с одного склона на другой, то есть трассы должны быть соединены между собой.

Есть такие курорты, где один день можно кататься со стороны одного государства, а следующий – со стороны другого. Такие трассы есть в Австрии, например в Шладминге.

Если вы начинающий лыжник, то ищите курорты, где много «голубых» трасс. Хороший вариант для новичков – Андорра.

Есть люди, которым важен «пухляк» – нетронутый снег. Они ездят за паудером и занимаются фрирайдом – внетрассовым катанием. Мне фрирайд понравился, и я мечтаю попробовать «хели-ски», когда тебя закидывают наверх на вертолете и ты катаешься по нетронутым снежным склонам – «целине». До заезда подписываются специальные документы о том, что горнолыжник сам за себя в ответе и претензий ни к кому не имеет (на случай схода лавин, попадания в трещину и других неожиданностей).

Если ваш уровень переходный (смелости спуститься со скалы еще не хватает, но очень хочется попробовать фрирайд), то ваш вариант – это Белая Долина в Шамони. Она считается самой протяженной трассой для фрирайда. Начинается с подъема, какой-то участок нужно пройти пешком над обрывом, держась за канат. Оттуда открывается невероятный вид на Монблан, что, безусловно, очень захватывающе.

Несмотря на все эти риски, именно там можно недорого и относительно безопасно попробовать фрирайд. Группу ведет инструктор, однако и от участников требуется определенная подготовка. Впечатления от длительного заезда по «целине», по пушистому снегу, который ложится на склон в течение многих лет, удивительные. Трасса широкая и длинная – 12 км по нетронутому снегу. Наверху – ледник, который не тает даже летом. На трассе людей практически нет, и это огромное удовольствие, потому что нет суеты.

Что касается остальных определяющих факторов при выборе курорта, то можно обратить внимание на наличие сноупарка (специальной площадки, оборудованной фигурами для выполнения трюков) и «апрески» (досуга после катания).

Отличное место в Италии – Кортина д’Ампеццо. В институтские годы мы ездили туда в зимний горнолыжный лагерь. Туринские олимпийские старты проходили именно там. Зимние Игры 2026 года состоятся там же. Трасса является олимпийской не просто так – там отличный рельеф.

Также могу посоветовать шведский Оре, живописнейшее место на границе с Норвегией. Все мои друзья смеялись надо мной – зачем я туда поехала, а там прекрасные трассы, на которых проводятся чемпионаты мира.

– Как дела со спусками в нашей стране? Можно ли съездить куда-то весной?

– Самыми популярными российскими курортами, безусловно, являются Красная Поляна, Домбай, Терскол и Шерегеш.

Неоднократно я была на Хибинах. Скажу, что инфраструктура там не очень хорошо развита, по крайней мере в 2004 г.

Часто проводились соревнования в Белокурихе и Междуреченске. Но там холодно – зимой бывает до –40 ºС, поэтому при бронировании нужно учитывать погоду – не планировать поездки в мороз.

Горнолыжные склоны есть и в неожиданных местах, например в Норильске и Иркутске. Но нельзя не упомянуть Эльбрус и Терскол, а именно известный «черный» спуск со стороны Чегета.

Но лично я не испытываю особого удовольствия от «черных» трасс. Я люблю мороз и жесткий снег, когда после только что проехавшего ратрака остается «вельвет» на снегу. Люблю, когда жесткие профессиональные ботинки и выставлен большой вес на креплениях, можно лететь, кантовать, хрустеть по средней по крутизне «красной» трассе. Это специфическое катание, которое скорее понравится тем, кто занимался горными лыжами профессионально.

Наталья признается, что сейчас 90% ее времени занимает экран компьютера, а яркая снежная горнолыжная жизнь осталась в прошлом. Но такая трансформация, к сожалению, закономерна и коснулась каждого.

– Всем нам, безусловно, не хватает путешествий, очных слушаний в международных арбитражах и командировок, – говорит наша собеседница. – Раньше живого общения было больше, сегодня жизнь протекает в мессенджерах, мейлах и нетфликсах. С одной стороны, самоизоляция экономит время, но с другой – лишает нас живого общения с коллегами и возможности побрейнстормить.

И всё-таки всем нам хочется верить, что однажды обстоятельства изменятся и мы забудем про новую эру коронавируса как про страшный сон.

Подготовила Юлия Румянцева-Томашевич