Футуристическая беседа

Дата: 06 мая 2020 г.

Рано или поздно вопрос о регулировании численности адвокатского сообщества заинтересует всех нас


Сокращение численности адвокатского сословия – идея не сегодняшняя. Ее можно воспринимать только в контексте введения единых правил на рынке правовой помощи (так называемой адвокатской монополии). Возможно ли сокращение адвокатских рядов и целесообразно ли оно? Что лежит в его основе – экономика, забота о повышении профессионализма, стремление к бесконфликтному однородному сообществу? Обсуждали футуристические вопросы с адвокатом АП г. Москвы (до прихода в адвокатуру – политологом) Евгением Гулиным.

Евгений Гулин

Мне доводилось слышать призывы «избавиться» от коллег, работающих преимущественно по назначению. По мысли ряда активничающих в Facebook адвокатов, коллеги-«назначенцы» являются какими-то «недоадвокатами», не способными привлекать на постоянной основе состоятельную или хотя бы стабильно платежеспособную клиентуру. При этом игнорируются особенности социально-экономического развития российских регионов; недооценивается публично-правовая функция института адвокатуры, являющегося важным элементом правовой системы государства. Но это всё же не идея сокращения числа адвокатов, а нечто другое.

Несколько в ином ракурсе история с численностью адвокатов представляется во времена кризиса. Не факт, что все коллеги выдержат существенное снижение доходов; кто-то задумается о прекращении статуса, особенно те, кто может получить достойные должности на госслужбе или в крупных организациях, где ситуация стабильнее, чем у адвокатов. Но этот процесс при всей чрезвычайности ситуации я бы назвал естественным, ведь он проходит без специальных усилий со стороны адвокатского сообщества или государства.

И, наконец, подходим к вопросу об установлении ограничений на численность практикующих в России адвокатов путем нормотворчества или принятия решений в самом сообществе, оформленных в качестве каких-то документов или существующих в виде неписаных договоренностей. Я считаю эту идею на данный момент в большей степени популистской, вызванной желанием привлечь к себе внимание и добиться симпатий тех, кто недоволен конкуренцией в адвокатуре (которая есть и сейчас, и останется после предполагаемого объединения адвокатов и частнопрактикующих юристов в рамках адвокатуры).

Не исключаю, правда, что оправданным было бы решение о временном моратории на прием в сообщество новых членов, введение которого будет иметь смысл после завершения процесса принятия в адвокатуру в упрощенном порядке значительного числа частнопрактикующих юристов – и только на относительно небольшой период времени (например, на год или на два).

Алексей Королёв

Почему обязательно популизм? Представим, что рынок профессиональной правовой помощи (оказываемой адвокатами и юристами-предпринимателями) является единым целым. Разве нельзя предположить наличие связи между избыточным количеством участников этого рынка и низким уровнем услуг? Наверное, можно рассчитывать, что сокращение числа его игроков приведет к росту профессионализма? Конечно, можно пытаться добиться повсеместного повышения профессионального уровня участников рынка правовой помощи путем «естественного отбора» и конкуренции. Вот только как долго может идти такой процесс? Вечно? Насколько быстро можно обеспечить этот результат административными мерами, в том числе регулированием численности адвокатов?

Обращаясь к истории, не могу не признать, что адвокатура была элитной профессией именно тогда, когда существовали квоты Министерства юстиции на численность адвокатов. Не думаю, что всё сводилось к монопольным доходам в условиях отсутствия конкуренции. Адвокаты того времени отличались высокими профессиональными качествами. И неслучайно: это, как ни странно, результат всё той же конкуренции. Только она носила иной характер – люди конкурировали за право быть адвокатом.

Евгений Гулин

Думаю, что к вопросам сокращения численности адвокатура может подойти более определенно и основательно как раз в тот момент, когда в адвокатское сообщество страны уже вольется значительное количество юристов-предпринимателей. Причем не исключаю, что именно адвокаты – бывшие частнопрактикующие «вольные стрелки», став с нынешними адвокатами единым целым, получив в упрощенном порядке статус, поставят вопрос об изменении на будущее правил входа в профессию.

Второе, что может повлиять на численность адвокатов, – потребность у сообщества отрегулировать их «качество»: далеко не все, кто войдет в корпорацию в упрощенном порядке, смогут и захотят соответствовать стандартам адвокатской деятельности.

Если же говорить не о будущем, а о ситуации сейчас, то, на мой взгляд, качество оказываемой российскими адвокатами профессиональной правовой помощи в настоящее время высокое. А вот что касается юристов-неадвокатов, то считаю, что то же самое можно сказать лишь о небольшом количестве юридических фирм с репутацией. И довольно много, к сожалению, всяких ООО «Рога и копыта», которые без какого-либо самоконтроля «разводят» клиентов и по-всякому «чудят» в разных частях нашей огромной страны.

Алексей Королёв

Существуют и ограничения, связанные со стажем адвокатской деятельности, некоторые из них сейчас активно атакуются как бы в предвкушении будущего объединения. Запрет на предоставление возможности вновь получившим (тем более в упрощенном порядке) адвокатский статус сразу учреждать собственные адвокатские образования направлен на стандартизацию профессионального поведения адвоката, для чего нужны опыт и время пребывания в сообществе.

Но всё же вернемся к исходному вопросу. Вот состоялось слияние профессионалов, соблюдающих КПЭА, и тех, кто работает по рыночным правилам. Прошел период адаптации, отсева тех, в ком этические нормы адвокатуры не прижились. Массово приобретшие статус адвоката профессионалы выдержали «карантин» и образовали свои коллегии, кабинеты и бюро, тем или иным образом очертив новую конфигурацию адвокатуры. Прошли (рано или поздно) выборы в органы адвокатского самоуправления, уже с участием новых членов корпорации. Всё случилось, сообщество консолидировалось, выработало механизм приведения разных мнений к единому знаменателю. Встанет ли вопрос о сокращении численности адвокатов, и если да, то с использованием каких механизмов?

Евгений Гулин

Если говорить о переизбытке адвокатов, то это всё-таки проблема крупнейших и наиболее притягательных мегаполисов, в первую очередь Москвы и Санкт-Петербурга. И в этих городах после осуществления реформы юридического пространства страны конкуренция между адвокатами действительно обострится. Но в ряде регионов практикующих адвокатов и сейчас не столь много, и после введения адвокатской монополии значительно больше не станет. Поэтому для многих адвокатских палат и работающих в этих регионах коллег ситуация особенно не изменится.

Какой механизм может быть задействован, если всё же региональные палаты (или адвокатское сообщество в целом) решат приглядеться к проблеме своей численности? Думаю, это будет не рыночный механизм. «Законы рынка», проповедуемые в учебниках и статьях экономистов гайдаровского направления, – это абстракция, мираж, фантом. Как права человека без существующих в конкретных государствах инструментов и механизмов их соблюдения, защиты и развития являются лишь красивой, но нереализованной идеей, так и «законы рынка» находятся в жесточайшей зависимости от его регуляторов и создателей.

Алексей Королёв

Признаюсь, сам я не верю в рыночные меры «академического толка»: на мой взгляд, они существуют только в либеральных учебниках по абсолютной рыночной свободе. Я не думаю, что, почувствовав на себе переизбыток адвокатов и обострение конкуренции, коллеги, для которых это будет ощутимо, переквалифицируются в «управдомы». Скорее в целом такой переизбыток приведет к ожесточенной борьбе, включая демпинг, и к ряду явлений, которые можно охарактеризовать как снижение уровня этики. При этом появятся требования поддержать тех, чьи доходы снизились, что, кстати, вовсе не относится к либеральному пониманию рынка.

На этом фоне идея сократить число игроков на правовом поле в будущем станет привлекательной именно тем, что позволит повысить доход на единицу участника. Но, полагаю, никакой специальной чистки рядов не будет. Следует ожидать лишь сокращения приема новых членов путем ужесточения квалификационных требований.

Евгений Гулин

Тем не менее у многих участников нашего юридического рынка мышление всё же рыночное. Полагаю, они отдадут предпочтение именно рыночным подходам не только в своей профессиональной деятельности, но и в администрировании. Всё дело в сложившемся в российском социуме менталитете. Финансовая ориентированность – уже сейчас почти что доблесть. Естественно, и среди коллег (в первую очередь молодых) подобное ценностное восприятие жизни также получило широкое распространение. Не только оппозиционеры и «бесы» так живут и мыслят.

Это предпосылки для возникновения ситуации, когда ценности традиционной адвокатуры могут быть потеснены использованием «бизнес-мотивации». Собственно говоря, финансовая успешность повышает престиж адвоката в социуме. Когда потенциальные клиенты видят успешных и хорошо зарабатывающих адвокатов, у них не возникают мысли получать по-настоящему квалифицированную юридическую помощь, не платя ничего своему адвокату или «отделываясь» от него откровенно копеечными суммами. Позиции адвокатского сообщества в социальной системе, безусловно, становятся прочнее и серьезнее в случае, когда члены корпорации преуспевают не только в сфере профессионального мастерства.

Мне кажется, рыночный подход может стать фактором, противодействующим искусственному ограничению численности адвокатов. Во-первых, попытка сделать всех членов сообщества богатыми за счет монопольной «ренты» не устроит тех, кто мотивирован на успех на фоне немотивированных, а таких немало. Во-вторых, для адвокатов-бизнесменов сокращается поле деятельности применительно к подбору кадров и расширению бизнеса.

Одновременно будут присутствовать классические адвокатские традиции, подкрепленные дисциплинарной практикой и образовательными усилиями адвокатских палат по повышению квалификации адвокатов. Они неизбежно окажут корректирующее воздействие на «рыночный менталитет», что важно, поскольку адвокатура выполняет публично-правовые функции.

Кстати, говоря об образовательной деятельности, хочу подчеркнуть, что и вебинары Федеральной палаты адвокатов, и публикации «Адвокатской газеты» на профессиональные темы – вполне реальные, действенные меры по переподготовке российских адвокатов и повышению их квалификации, причем меры совершенно ненавязчивые.

Алексей Королёв

Возможно, на самом деле сообщество представит собой новый сплав мировоззрений. Но если корпорация не пойдет по пути ограничения численности адвокатов, то не получится даже приблизиться к той модели, которая существует в нотариате. Кстати, опровергну довод, что адвокатские палаты могут быть не заинтересованы в сокращении численности адвокатов из-за возможного снижения количества плательщиков взносов: с ростом благосостояния членов корпорации размер отчислений может компенсировать этот процесс.

Какой минус, на мой взгляд, существует в модели нерегулируемой численности наряду с обостренной конкуренцией, снижением среднего уровня дохода и профессионализма? Немаловажным я считаю такой фактор, как разнородность адвокатской среды. Назову его «политическим».

Он неизбежно скажется на управлении: люди с разным менталитетом (более и менее успешные) по-разному видят положение вещей. Это сильно осложнит механизм выработки корпоративных решений – вплоть до появления «партий» и необходимости работы с разными целевыми группами в рамках одного сообщества.

Евгений Гулин

Согласен, в имеющем проблемы с внутренним сплочением сообществе увеличиваются риски возникновения оппозиционных групп. Но всё же стоит ориентироваться на то, что коллеги с разным менталитетом и разным финансовым положением являются сейчас и будут в обозримой перспективе членами единой адвокатской корпорации. Степень влиятельности не самого состоятельного в финансовом плане адвоката-«кабинетчика», практикующего в далекой от мегаполисов «глубинке», и руководителя крупного столичного адвокатского образования, специализирующегося на бизнес-адвокатуре, объективно и сейчас разная. Но в обоих случаях коллеги способны профессионально и ответственно делать необходимое для адвокатуры и российского общества дело. И скромный провинциальный «кабинетчик», и обладающий столичным лоском бизнес-адвокат могут быть благоразумными и адекватными в своих высказываниях и действиях коллегами.

***

Думая об отдаленном будущем, всё время возвращались к настоящему. Так бывает в живом разговоре…