В новых поправках в УПК учтены предложения адвокатуры

Дата: 1 декабря 2021 г.

В Минюсте России 30 ноября прошло совещание рабочей группы по подготовке изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ. В совещании приняли участие представители Верховного Суда РФ и заинтересованных ведомств. Федеральную палату адвокатов РФ представлял советник ФПА, адвокат АП г. Москвы Сергей Насонов. Обсуждались базовые, концептуальные положения законопроекта, предварительный текст которого уже готов, но еще будет корректироваться. Представил документ заместитель министра юстиции РФ Вадим Фёдоров.

Как рассказал пресс-службе ФПА Сергей Насонов, участники совещания, в частности, рассмотрели вопрос, будет ли данный проект касаться досудебного производства. Пока речь идет лишь о внесении изменений в УПК РФ в части регулирования дистанционного участия в судебном процессе. Главная идея документа состоит в том, чтобы расширить ситуации рассмотрения уголовных дел с дистантным присутствием отдельных участников судебного разбирательства.

По словам советника ФПА, законопроект непосредственно затрагивает интересы адвокатуры, поскольку предусматривает две модели дистанционного участия. Первая – по ходатайству той стороны, которая желает участвовать в заседании дистанционно, в режиме видео-конференц-связи (ВКС). Это может быть любой участник процесса, в том числе и адвокат. Однако потерпевший, защитник или кто бы то ни было еще должен будет прийти в суд по месту своего нахождения, этому суду должны дать соответствующее поручение, чтобы он удостоверил личность и организовал «мост» с судом, в котором проходит заседание. То есть такую связь невозможно организовать из дома со своего смартфона или компьютера, уточнил Сергей Насонов.

«Против этой модели у нас никаких возражений нет. Считаю, что нужно приветствовать такую ситуацию, например, в том случае, если потерпевший не может прибыть в судебное заседание, поскольку находится на другом конце страны, – отметил он. – Или, например, подсудимый, который находится в изоляторе, там объявлен карантин, но он все-таки хочет принять личное участие в процессе».

Вторая модель – участие в дистанционном судопроизводстве по решению суда или по ходатайству обвинения, т.е. подсудимый будет принудительно участвовать в судебном процессе, но не непосредственно, а с помощью ВКС из следственного изолятора. Отсюда и возникает основной спектр проблем, считает Сергей Насонов. Должны быть четкие, конкретные, исключающие двойное толкование основания для такого рода решения суда, поскольку очевидно, что это нарушение гарантированного процессуальным кодексом права на непосредственное участие в судебном заседании (подсудимый не по своей воле будет участвовать в нем опосредованно, с помощью ВКС).

«С 2014 г. данный институт уже имеется в УПК, – продолжил Сергей Насонов. – Это часть 6 прим. статьи 241. Странно, конечно, что такое положение внесено в статью, касающуюся гласности судебного разбирательства, хотя здесь речь идет не об ограничении гласности, а об ограничении непосредственности участия в судебном разбирательстве. Названная статья уже содержит похожую процедуру, когда по инициативе суда или стороны обвинения подсудимый принимает участие в судебном заседании дистанционно, из следственного изолятора, если этого требует необходимость обеспечения безопасности участников судопроизводства.

Однако сейчас законодатель ограничил такие случаи узким числом составов: терроризм, организация вооруженного формирования или массовых беспорядков и т.п. А в готовящемся законопроекте не упомянуты какие-либо составы, и это – слабое место данного документа. Именно поэтому от имени Федеральной палаты адвокатов я выступил с предложением максимально ужесточить основание механизма дистанционного участия по инициативе суда или обвинения, связать их с определенными составами преступления».

Советник ФПА заметил, что он с трудом представляет ситуацию, когда в делах по экономическим составам, в случае, когда обвиняемый находится под стражей, в целях обеспечения безопасности суд будет требовать участия подсудимого посредством ВКС. Для него очевидно, что власти сейчас подстраиваются под санитарно-эпидемиологические правила, связанные с распространением коронавируса. Но если сейчас это в той или иной мере оправдано, то, по его словам, «эксцессная ситуация рано или поздно закончится, а норма, если ее закрепить в законе, скорее всего, переживет коронавирус». Не учитывать пандемию невозможно, и потому ФПА выступает за такие меры, которые позволяют проводить процессы, так как иначе пришлось бы остановить работу всех судов.

Формулировку «суд может принять такое решение в случаях, не терпящих отлагательства, когда участие лица иным способом не представляется возможным» Сергей Насонов назвал «общей оговоркой», которую следует максимально конкретизировать. В противном случае она может породить произвол. Например, когда суд не хочет непосредственно общаться с обвиняемым, который активно защищается как на досудебной, так и на судебной стадии. А такая форма участия вызывает массу проблем: как исследовать доказательства, как рассматривать различные схемы или диаграммы, как просматривать видеозаписи.

Федеральная палата адвокатов будет настаивать на том, что случаи такого участия следует сузить, отметил советник ФПА. «А еще мы не согласны с позицией Верховного Суда РФ, что в таких случаях не нужно проводить предварительные слушания. Нам кажется, что при таком принудительном участии подсудимого в дистантном режиме предварительные слушания проводить необходимо», – добавил он.

Сергей Насонов считает важным, что и разработчика законопроекта, и представителя Верховного Суда РФ, и даже представителей прокуратуры удалось убедить в том, что дистантное участие подсудимого недопустимо ни при каких обстоятельствах для суда с участием присяжных заседателей. Такая оговорка будет сделана в рассматриваемом законопроекте. Суд присяжных сохранит традиционную форму судебного разбирательства, поскольку там даже процедурно невозможно организовать дистанционное участие подсудимого. «Мы подготовим свои суждения относительно ряда пунктов данного законопроекта. Мне кажется, что сейчас главное – исключить общие, абстрактные формулировки, чтобы максимально обезопасить своих подзащитных от произвола», – резюмировал он.

Советник ФПА обратил внимание на еще один момент. Согласно законопроекту защитник вправе выбирать, где он будет находиться в случае дистантного участия подсудимого – в зале суда или в следственном изоляторе. «Но ведь защитник не вправе выбирать это сам. Если такая норма будет введена, то адвокаты будут целиком зависеть от воли своего доверителя, который вправе настаивать, чтобы защитник находился рядом с ним. Но в такой ситуации нахождение адвоката в СИЗО усложнит его ознакомление с рассматриваемыми в суде доказательствами.

А если адвокат находится в суде, сложно организовать конфиденциальное общение с подсудимым. Я прекрасно понимаю, что судьи могут покинуть зал, как это происходит сейчас в апелляции и кассации. Однако общение по громкой связи Европейский суд по правам человека не признает конфиденциальным», – подчеркнул Сергей Насонов.



В поправках в УПК о дистанционных опознаниях в ФПА видят нарушение права на защиту

Дата: 14 января 2022 г.

Ряд серьезных замечаний по положениям нового Федерального закона № 501-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» высказали в Федеральной палате адвокатов РФ. Поправки, регулирующие проведение допроса, очной ставки и опознания посредством видео-конференц-связи, вступили в силу 10 января 2022 г. Первоначальная редакция законопроекта предусматривала закрепление в УПК РФ порядка проведения только онлайн-допросов.

По словам члена Совета ФПА РФ Татьяны Проценко, проведение дистанционного допроса без ущемления прав подозреваемого или обвиняемого возможно только с согласия стороны защиты. Однако внесенные в УПК РФ изменения предусматривают проведение такого допроса по решению следователя без учета мнения стороны защиты. «К сожалению, в том виде, в каком эта норма введена в УПК РФ, она серьезно нарушает право на защиту», – указывает член Совета ФПА.

Введение же в кодекс возможности проведения очной ставки и опознания посредством ВКС, как полагает Татьяна Проценко, «вызывает большие опасения, поскольку нарушает суть этих процессуальных действий, однако дает возможность следствию процессуально закрепить “сомнительный результат”». Законом предусмотрено право защитника присутствовать на опознании, заявлять ходатайства, вносить замечания в протокол следственного действия. При проведении опознания посредством ВКС адвокат физически не сможет присутствовать в двух местах одновременно – и в месте, где находится подозреваемый, и в месте, где находится опознающий (потерпевший, свидетель).

Статс-секретарь ФПА РФ Константин Добрынин, участвовавший в подготовке проекта данных поправок в бытность сенатором, подчеркивает, что «во всех случаях решительно невозможно согласиться с дистанционным способом проведения очных ставок и особенно опознаний, поскольку достоверность таких процессуальных действий и их результатов будет априори весьма сомнительна». Такой способ их проведения по очевидным причинам существенно облегчает возможность оказания недопустимого воздействия на ключевых участников, в первую очередь – на опознающее лицо, а также на «разъединенных» участников очной ставки.

Константин Добрынин считает, что теперь задача адвокатского сообщества – отслеживать в течение ближайшего времени практику применения нынешних поправок, консолидировать и систематизировать в органах адвокатской корпорации сведения о любых злоупотреблениях и нарушениях и, если они будут, обратиться в Федеральное Собрание с конкретными предложениями по уточнению принятого закона.