Судья не смогла добиться наказания адвоката, который будто бы ей подмигивал

Дата: 24 ноября 2021 г.

С целым букетом неординарных дисциплинарных обвинений, выдвинутых против адвоката столичной судьей, пришлось разбираться Совету АП г. Москвы.

Дисциплинарное производство в отношении адвоката Б. было возбуждено по обращению судьи И. районного суда Москвы Т. от 1 июня 2021 г. Адвокату, в частности, инкриминировались непредставление возражений на исковое заявление, «вызывающее» поведение, неоднократное проявление неуважения к суду, сопряженное с «подмигиванием судье», а также оскорбление судьи, допущенное в присутствии сотрудников суда после окончания судебного заседания.

Относительно первой претензии Совет палаты отметил, что по смыслу положений ст. 35 ГПК РФ возражение относительно доводов других лиц, участвующих в деле, является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле. Доверитель адвоката Б. с какими-либо жалобами на ненадлежащее оказание юридической помощи не обращался. Кроме того, Квалификационная комиссия и Совет АП г. Москвы в своих актах неоднократно указывали, что они не вмешиваются в тактику, определяемую самим адвокатом при ведении конкретного дела.

Также Совет палаты согласился с Квалифкомиссией в том, что вызывающим следует считать поведение, содержащее «в себе вызов, оскорбляющее общепринятые нормы, раздражающе заносчивое». При этом под «вызовом» в данном контексте следует понимать «поступок, оцениваемый как объявление борьбы, как оскорбление общепринятых норм» (Толковый словарь русского языка в 4 т. под редакцией Д.Н. Ушакова). Однако из содержания представленных заявителем фрагментов видеозаписи и протокола судебного заседания по гражданскому делу от 14 апреля 2021 г. «вызывающее» поведение адвоката Б. не усматривается, равно как и «неоднократное проявление им неуважения к суду». В частности, как подчеркнул Совет, отсутствуют доказательства упоминаемого в обращении «подмигивания» судье.

Вывод о недоказанности был сделан и в отношении дисциплинарного обвинения в «оскорблении судьи, допущенном в присутствии сотрудников суда после окончания судебного заседания». Это обвинение основывается только на содержании докладной записки секретаря судебного заседания в адрес председателя И. районного суда Москвы Л. без даты. В данной записке в числе прочего указывается, что «14 апреля 2021 года в 11 час. 20 мин. после удаления из зала судебного заседания № … представитель С. по доверенности Б. прислонился к дверям зала судебного заседания и слушал происходящее в зале. После оглашения резолютивной части решения суда Б. подошел ко мне и спросил: “Ваша судья пьяная что ли?”».

Совет палаты счел невозможным основываться в своих выводах лишь на данной докладной записке, поскольку она не имеет даты и, будучи приложенной к обращению судьи И. районного суда Т. от 1 июня 2021 г., могла быть составлена по прошествии значительного времени после окончания судебного заседания. Точность указанных в докладной записке сведений вызывает сомнения и в связи с тем, что в ней утверждается о действиях адвоката Б. после удаления из зала судебного заседания («прислонился к дверям зала судебного заседания и слушал происходящее в зале»). Однако согласно протоколу судебного заседания от 14 апреля 2021 г. автор записки Ш. являлась секретарем судебного заседания. Таким образом, в ходе судебного заседания она находилась в зале судебного заседания и не могла являться свидетелем действий адвоката Б., по крайней мере до момента окончания судебного заседания или объявления в нем перерыва, поскольку, как усматривается из представленных в материалы дисциплинарного производства фрагментов видеозаписи, дверь зала судебного заседания была закрыта.

Адвокат Б. изложенные в указанной докладной записке факты отрицает, утверждая, что вне судебного заседания, в том числе и после оглашения резолютивной части решения суда, он с секретарем судебного заседания не взаимодействовал.

При таких обстоятельствах Совет АП г. Москвы признал неопровергнутой презумпцию добросовестности адвоката Б. и в этой части дисциплинарного обвинения.

В итоге дисциплинарное производство в отношении адвоката Б. было прекращено вследствие отсутствия в его действиях нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая Кодекс профессиональной этики адвоката.



В Госдуму внесен законопроект о телефонных звонках осужденных

Дата: 8 августа 2022 г.

В Государственную Думу внесен проект поправок в ст. 92 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, касающийся телефонных разговоров осужденных, которые находятся в строгих условиях отбывания наказания.

Авторами законопроекта выступили председатель Комитета ГД по госстроительству и законодательству Павел Крашенинников и его первый заместитель Ирина Панькина. Как отмечают депутаты, уголовно-исполнительное законодательство РФ предусматривает право осужденных к лишению свободы общаться с родственниками и иными лицами посредством телефонной связи. Однако это право существенно ограничено для осужденных, которые находятся в строгих условиях отбывания наказания, а также отбывающих меру взыскания в штрафных, дисциплинарных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа и одиночных камерах. Как установлено ч. 3 ст. 92 УИК РФ, телефонный разговор таким осужденным может быть разрешен лишь при исключительных личных обстоятельствах.

Концепцией развития уголовно-исполнительной системы РФ на период до 2030 г. предусматривается принятие дополнительных мер в целях увеличения осужденным количества телефонных разговоров с родственниками.

В связи с этим законопроектом предлагается наделить осужденных, находящихся в строгих условиях отбывания наказания год и более, правом на один телефонный разговор в течение каждого года. Эти переговоры должны будут оплачиваться ими в соответствии с установленными правилами – за счет собственных средств или за счет средств их родственников или иных лиц.

Фото: пресс-служба Госдумы.