Буробин, Пепеляев и другие

Дата: 16 апреля 2020 г.

Новый выпуск Тараборщины познавателен для тех, кто интересуется теорией адвокатуры

Кто не смотрит Тараборщину, тот не адвокат. Шучу, но кто знает, что станет классикой, когда пройдет время, а ход его неизбежен. Надо смотреть. Хотя бы потому, что это наше сегодня, и стыдно будет не знать, что ответить на вопрос стажера: «Как Вы оцениваете то, что было сказано, например, в двенадцатом выпуске»?

А в двенадцатом выпуске очень много правильных идей, причем правильных не только для адвокатуры, но и для рынка профессиональной правовой помощи в целом, будь то и помощь адвоката, и юридические услуги. Например, идея, что надо любить свое дело больше, чем деньги. Что этика – это не издержки, а в конечном счете прямая выгода. Что предупреждать неприятности у клиента выгоднее, чем ждать, когда на них можно будет заработать.

Что касается адвокатуры как системы, то чувствуется, как она подвергается давлению. До пандемии – жесткому со стороны анархистов и правозащитников, и тогда, и сейчас – мягкому, ненавязчивому, выжидающему – со стороны крупного юридического бизнеса.

И если возврат на уровень до 2002 г., в эпоху раздробленности и отсутствия единых органов адвокатского самоуправления, чего требовала «либеральная» общественность, – это, скажу вам, вряд ли, то какой видит адвокатуру крупный юридический бизнес – пока неизвестно.

Например, как бизнесу видится будущее сегодняшнего базиса адвокатуры – ее коллегиальной формы деятельности, которой на уровне надстройки соответствует присутствие у руля руководителей крупных коллегий (управляющих общественным, не собственным)?

Сегодня существуют три идеологические страты (независимо от того, где в данный момент конкретно трудится носитель той или иной идеологии): не готовая к упорядочению вольница, крупный частный юридический бизнес и общественно-коллегиальная (традиционная) адвокатура. Каждая из них отвечает на определенный общественный запрос: одни в голос требуют практически нерегулируемого рынка, вторые молчат о крупных (и желательно непоглощенных) отечественных монополиях, третьи уверены в вечной актуальности в России публичной функции.

Что касается страты правозащитников и либерально-рыночных анархистов, «свидетелей Конституции» и т.п., то их не любят две оставшиеся страты, и тут, я думаю, ясен их исторический и экономический крах. Как и крах их идеологов.

Что касается двух остальных, то традиционалистам и капиталистам придется договариваться. Даже знаю, каким может быть этот договор: адвокатура может в большей степени перейти на рыночные рельсы, но всеми силами должна сохранять понимание и признание важности поставленных государством публично-правовых задач. Собственно говоря, традиционалистам не привыкать, всегда сидели как бы на двух стульях.

А вот бизнесу разумнее больше внимания уделить пониманию того, почему у адвокатских удостоверений «министерский» цвет, что за этим кроется и какую пользу может принести.

Если какая-то из двух оставшихся страт потянет идеологическое одеяло на себя, то может статься, что бизнес-идеология проиграет – появится «министерство адвокатуры», подавляющее рыночные элементы в поведении адвокатов. Если бизнес как бы выиграет, то он выиграет не вполне: дело может закончиться разделением адвокатуры на «государственную» (раньше писал – муниципальную, но теперь думаю, что и в сфере местного самоуправления нас ждут изменения) и «рыночную».  

При этом госзаказ на ст. 51 УПК останется за той адвокатурой, которая станет «государственной», потому что сервис и маркетинг – это очень хорошо, но в вопросе достижения целей уголовного производства государство ожидает все-таки иного. В какой конкретной организационной форме это может произойти, можно фантазировать: в форме тех же традиционных коллегий, в форме госбюро, а может быть, даже и государственной службы (например, подразделение Минюста). При этом «государственная» адвокатура определенно теряет независимость, «рыночная» – иммунитеты, а значит, опять же и независимость, т.е. в конечном счете не выигрывает никто.

Отдельная благодарность Дмитрию Тараборину за качественную работу. Это уже второй (и подряд) адвокат – руководитель крупной юридической фирмы на его экране.

И правда, есть о чем задуматься.